• Светлана Ромашина: «Тренируя, мы играли с Натальей Ищенко в «доброго и злого» полицейского»

Светлана Ромашина: «Тренируя, мы играли с Натальей Ищенко в «доброго и злого» полицейского»

Светлана Ромашина: «Тренируя, мы играли с Натальей Ищенко в «доброго и злого» полицейского»В Поволжскую академию спорта поступила самая титулованная спортсменка-студентка в истории вуза – пятикратная олимпийская чемпионка Светлана Ромашина. О причинах своего выбора спортсменка рассказала в эксклюзивном интервью «БИЗНЕС Online».

«Я ПОНИМАЛА, ЧТО  В МОСКВЕ БОЛЬШОЕ КОЛИЧЕСТВО ПРОФЕССИОНАЛОВ СИНХРОННОГО ПЛАВАНИЯ»

– Светлана, поступая в академию спорта, вы решились на получение третьего образования. Почему?

– Да, до поступления в академию спорта, я уже дважды получала высшее образование. Поначалу училась в МГУЭСИ - Московском государственном университете экономики, статистики и информатики по специализации менеджмент в спорте. Но, оно касалось, по большому счету, менеджмента, управления, чем спорта. Обучение там позволило мне стартовать на Универсиаде-2013. Второе образование получала в магистратуре МГУ. Но это всё было непрофильно, а сейчас пришло ощущение, что профессиональная спортивная карьера не вечна, и приближается момент, когда надо будет вливаться в обычную жизнь, но остаться в спорте, используя весь полученный мною багаж знаний и опыта. 

– И вы выбрали Казань…

– Обучение в академии спорта позволит мне получить профильные звания, а сейчас, невозможно работать по специальности, не имея диплома о профильном образовании. Почему Казань? Потому, что возникли планы по переезду сюда, по окончании спортивной карьеры. Казань представляется очень перспективным регионом для развития, где есть хорошая инфраструктура, есть дети, которые пришли в секции, с которыми надо работать. А в плане тренерских кадров здесь ощущается недостаток. 

– Что скрывать, настоящий тренерский голод...

– Да, примерно так, и главное, что республика заинтересована в развитии синхронного плавания. Помимо прочего, с Казанью у меня связаны личные отношения. Дело в том, что мой супруг Николай Захаров учился здесь на юрфаке КГУ, потом начинал адвокатскую карьеру, работал преподавателем, будучи кандидатом юридических наук. Его близкие здесь долгое время преподавали, и папа, и дедушка. И я уже достаточно давно приезжала в Казань с частными визитами, на выходные и праздники, потихоньку изучая город. Ну и две мои победы на Универсиаде-2013 и чемпионате мира-2015 связаны со столицей Татарстана. Я могла бы обучаться и в Москве, но, глядя на дальнейшие перспективы, понимала, что там большое количество профессионалов в нашем виде спорта. Москва на данное время является Меккой синхронного плавания, сильнейшей школой не только в России, но и в мире. Поэтому надо было задумываться о своём дальнейшем трудоустройстве. Тем более, что наш вид спорта активно развивается, после каждого крупного старта, будь то на Олимпиаде, чемпионатах мира и Европы, в секциях синхронного плавания ощущается наплыв детей. Теперь еще и мальчишки пошли, хотя я, честно говоря, не являюсь поклонницей этого, но оно есть, и не надо отвергать его. Если уж нам расширяют горизонты в этом направлении, то их необходимо использовать, чтобы продолжать оставаться сильнейшей страной в развитии синхронного плавания.  

«ПЕРВОЕ ВРЕМЯ Я БУДУ ЖИТЬ В ГРАФИКЕ, КОТОРЫЙ «ВЫСТРОИТ» МНЕ МЛАДЕНЕЦ»

– Это дальняя перспектива, а пока у вас ближайшая состоит в рождении ребенка...

– Да, в ноябре ожидаем первенца. И, как предполагаю, первое время я буду жить в графике, который «выстроит» для меня младенец. Правда, мне повезло, что у нас есть две бабушки, которые уже в нетерпении, чтобы понянчиться. А дальше мне придётся задействовать спортивный характер, закалку, чтобы включиться в учебу.

– Тем не менее, уже ожидая ребёнка, вы получили опыт тренерской работы, как в юниорской сборной, так и в национальной команде...  

– Весной руководство нашего клуба «Юность Москвы» предложило мне и моей многолетней партнерше по дуэту Наташе Ищенко поставить программу юниорской сборной России. Поначалу мы попробовали себя в тренерской роли на чемпионате России, выиграли его. После чего нам предложили повезти дуэт и группу на юниорский чемпионат Европы в мае. Но в этот момент Наталья собралась на работу в родной Калининград, и я осталась одна. В том числе из-за этого, я взяла на себя ответственность работать только с дуэтом, поскольку вести еще и группу не смогла бы.

Одновременно с подготовкой к юниорскому чемпионату наставники национальной команды Татьяна Покровская и Татьяна Данченко предложили мне попробовать силы в качестве второго тренера сборной, работая с соло и с дуэтом. У меня получился сложный график, когда с утра работала с юниорками, а вечером приезжала на тренировку сборной страны. Это еще и накладывалось на определенные проблемы со здоровьем, поскольку ребенок подчас давал о себе знать.    

– Как вам удалось вжиться в новую для себя роль? 

– В какой-то момент поймала себя на мысли, что в процессе тренировочной работы я копирую своего наставника Татьяну Евгеньевну Данченко. Говорю те же слова, демонстрирую те же жесты. И поначалу мне было страшно что-то менять, потому, что годами доказана результативность этой методики. Но, с другой стороны, я понимала, что это работа направлена на взрослую сборную, а я же трудилась с юниорками, и в этом должна быть определённая разница. Начала ловить себя на мысли, что срываюсь на крик. Когда я сама была в воде, подчас недоумевала почему на нас кричат тренеры? Но когда встала на бортик, осознала, что авторитарный метод руководства просто неизбежен, в том числе потому, что ты просишь сделать одно, а люди исполняют другое.

«СТОЯ НА БОРТИКЕ, ПОЙМАЛА СЕБЯ НА МЫСЛИ, ЧТО МОЙ ПОЕЗД НЕ УШЕЛ»

– И у вас могло быть такое житейское объяснение, что «меня тошнит от вашего выступления»...  

– (Смеется). В тренерской работе, увы, приходится повышать голос, чтобы дошли твои требования. Впрочем, сотрудничая с Ищенко, мы, не сговариваясь, разделились на доброго-злого полицейских. И «плохим» приходилось быть мне. Когда я срывалась на крик, то Наталья тихо-спокойно объясняла, что мы требуем.

Отработав с юниорской сборной, я съездила на чемпионат мира в Будапешт. С одной стороны, было волнительно, хотя в победе девочек мы и были уверены, но надо понимать, что состав в группе очень сильно поменялся. К четырем олимпийским чемпионкам прибавились еще четыре девочки из юниорской команды, плюс Дарина Валитова, которая пришла из микста, и Марина Голядкина, отсидевшая «карантин», после перехода из сборной Украины. Правда, в дуэте мы имели опытный состав, когда выступала моя бывшая напарница Света Колесниченко, и Александра Пацкевич, моя близкая подруга. Но я все равно переживала за них, и как за спортсменок, и как за близких мне людей. Там еще было выступление с программой «Русалка», которую мы с Ищенко демонстрировали на Олимпиаде в Рио. И вот стоя на бортике, я поймала себя на мысли, что мой поезд еще не ушел, и, если позволят здоровье, ребенка и мое, то надо попытаться вернуться в большой спорт.

– Такой же путь возвращения в спорт, после рождения ребенка, проделала до вас Наталья Ищенко, родившая ребенка в ноябре 2013 года, за два года и 10 месяцев до старта в олимпийском Рио. Сейчас у вас точно такие же сроки. Можно обращаться за консультациями к подруге по команде...

– Действительно, это выглядит любопытным, что предполагаемый срок рождения ребенка у нас день в день. Уже были вопросы, по которым я консультировалась с Наташей, но пока они касались того, как мне надо одеться в день, когда надо будет забирать ребенка из роддома. Глядя на Наташу, я вижу, что возвращение в большой спорт вполне возможно. Надо только взять себя в руки, и начать тренировки, совмещая это с воспитанием ребенка. Тем более, повторюсь, у меня есть две замечательные бабушки, которые уже заявили о своем желании помогать во всём.

Помимо опыта Наташи Ищенко, я наблюдала за опытом быстрого возвращения в спорт у белорусской биатлонистки Дарьи Домрачевой. Еще поражает наша гимнастка Алия Мустафина. Она родила в июне, а уже сейчас находится на спортивной базе сборной страны. Я уже отреагировала на это, написав ей «Алия – ты монстр! Но в хорошем смысле этого слова. Твоей силе духа можно только позавидовать». Алия ответила, что просто соскучилась, по залу, по атмосфере, по тренерам, подругам по команде. Те, кто в спорте, понимают это состояние, потому, что спорт, победы, это наш «наркотик».      

«ПАРУСНЫЙ СПОРТ – ЭТО НАШЕ С МУЖЕМ ХОББИ»

– Вы затронули тему семьи, сказав о бабушках. Про вашего мужа пишут, что он также спортсмен, занимается парусным спортом...

– Это не совсем так, он не профессиональный яхтсмен. Прежде всего, это практикующий адвокат. А парусный спорт является хобби, которым он, со временем, заразил и меня. Я вообще лёгкий на подъём человек, и когда муж впервые предложил пойти под парусом, я согласилась. Хотя я приехала с соревнований, с приключениями добираясь из Голландии до Турции, потом еще надо было на такси проехаться, чтобы застать старт яхтсменов. Состав нашей команды был на 100 процентов любительским: по двое мужчин и девушек, практически незнакомых с парусным спортом. Через какое-то время я столкнулась с тем, что мой муж, а тогда он еще был только моим молодым человеком, покрикивает на меня. Но это было не со зла, а по той причине, что я не понимала, что от меня требуется. Тем не менее, мы эти соревнования выиграли. Более того, со временем я втянула в занятия парусным спортом своего тренера Татьяну Данченко. Тогда у нас была договорённость, что, если я выигрываю чемпионат мира в Барселоне в соло, то она отправляется на регату вместе со мной.

– И уже вы получаете шанс покричать на неё…

– (Смеется). Ну, конечно, мы отправлялись на старт не с этой целью, помимо того, я не была капитаном. И сейчас Татьяна Евгеньевна, увлекшись этим видом спорта, сама ходит под парусом.

– Более того, уже есть пример экс-синхронистки Анжелики Тиманиной -  олимпийской чемпионки Лондона и 11-кратной чемпионки мира, которая также встала под парус, успев выиграть чемпионат России.

– Её путь в парусный спорт, насколько я знаю, начинался с любви к острову Бали, где она увлеклась виндсёрфингом. Тут надо оговориться, что мы не соревнуемся в олимпийских дисциплинах, как Анжелика. Хотя мне знакомый, мастер спорта международного класса, предложил выступить в смешанном экипаже, с перспективой попасть на Игры. Но у меня свои планы на олимпийский Токио.

«ВЫБРАТЬ МЕЖДУ СПОРТОМ И ТАНЦАМИ «ПОМОГ» ГАСТРИТ»

– Давайте отойдём от дел сегодняшних к прошлому, когда вы начинали заниматься синхронным плаванием. Произошло это в 90-е годы, когда ничего не было: ни денег, ни возможностей для занятий, ни, что важно, серьёзных успехов на международной арене. И, казалось бы, не было никаких перспектив...

– Да уж, когда я пришла в синхронное плавание в шесть лет в 1995 году, был острый дефицит всего. В том числе и побед. Первая пришлась на чемпионат мира 1997 года, а олимпийское «золото» наши девушки взяли только в 2000-м. К тому, чтобы я стала заниматься синхронным плаванием, не было никаких предпосылок еще и потому, что изначально меня этот вид спорта не увлёк. Когда мама привела посмотреть на него, я сказала, что мне это не нравится, а для убедительности еще и расплакалась. К этому времени я уже занималась бальными танцами, которые мне нравились, и  потом пришло время выбирать между ними.    

– Не было бы счастья, да несчастье помогло. Я читал, что у вас начал развиваться гастрит...

– Именно так. Переезжая с одного места на другое, со школы на тренировку или занятия по бальным танцам, я перекусывала буквально на заднем сидении машины. Для организма шести-семилетнего ребёнка справиться с такими нагрузками было сложновато, и я попала в больницу, где пробыла месяц. Выйдя оттуда, пришлось отказаться от танцев, в том числе потому, что у меня уже не было партнёра, он начал танцевать с другой девочкой. Но мама уверяет, что точку в выборе поставила я, сказав, что хочу заниматься только синхронным плаванием.

Возвращаясь к тому, что 90-е годы были полны всяческих лишений. Я помню, что одной из главных проблем были прищепки. Это сейчас они модифицированы, почти не портят внешний вид, а тогда на нос цеплялись едва ли не бельевые прищепки, только несколько обрезанные. Проблемы были с шапочками, купальниками. Сейчас смотришь на эти шапочки из прошлого, и ужасаешься – неужели в таких мы выступали? Помню, у меня появился желтый адидасовский купальник, который папа привёз из-за границы, и это было целым событием в моей жизни. Меня еще обшивала мама, пользуясь эскизами из журналов. Причем, она настолько поднаторела в деле кройки и шитья, что и сейчас, когда уже всё можно купить, способна сшить всё что угодно.

«Я КЛАЛА УЧЕБНИК, САДИЛАСЬ НА ШПАГАТ, А СВЕРХУ НА МЕНЯ САДИЛАСЬ МАМА»    

– Когда вы начинали тренироваться у Данченко, она уже была тренером с «историей»?

– На тот момент у Татьяны Евгеньевны подрастали юниорки, из которых потом выстрелили Анастасия Давыдова и Анастасия Ермакова. Кстати, у меня была возможность начать тренировки у другого специалиста, но там не сложилось. Там были тренировки через день, а я уже вошла в ритм ежедневных занятий. И тогда мы решили, что, если уж браться за дело, то надо делать это основательно. Хотя на первых порах Татьяна Евгеньевна отбраковала меня со словами – что это за «пончик»? Я была пухловата в детстве, и имела определённые проблемы с посадкой в шпагат. Помню, я даже уроки делала так, что, приходя из бассейна, мама клала учебник передо мной, я садилась на шпагат, а она еще и садилась на меня, чтобы не травмировать. Вообще, не могу сказать, что меня природа одарила какими-то необыкновенными талантами именно для синхронного плавания, потому что все результаты давались, по большей степени, через работу и характер. В итоге я в 15 лет после Олимпиады в Афинах, попала в состав национальной команды, а потом в 18 лет выиграла Олимпиаду, до сих пор являясь самой молодой чемпионкой в сборной.

– Тем не менее, перед победной Олимпиадой в Пекине, вы едва не ушли из спорта. Почему?       

– Мне кажется, что это было самое сложное время. Для меня психологически тяжеловато было находиться в состоянии практически постоянных тренировок. Когда только пришла в сборную, был некий шок от того, что можно тренироваться так много, и практически без выходных. А со временем это начало давить. Наиболее сложными в этом отношении для меня были 2007 - 2008 годы. Тогда начал ползти вес, чтобы я не делала, было все тяжелее тренироваться в группе, а я в определённый момент стала еще и запасной в дуэте Давыдова - Ермакова. То есть, когда одна из них не могла тренироваться по каким-то причинам, то на замену выходила я. Нагрузки были сумасшедшими, и когда я приезжала домой, то плакала, со словами, что я больше никогда туда не вернусь. Надоело! И тут свое веское слово сказала моя мама. Я, как уже говорилось, человек лёгкий на подъем, и если бы мама пошла у меня на поводу, согласилась, то, возможно, я ушла бы из спорта. Но она начала рассудительно говорить, что не надо делать поспешных выводов и хлопать дверью, приезжала ко мне на сборы, минимизируя мои проблемы. Мама понимала, что это переходный возраст, я нахожусь на грани того, чтобы вспылить, собрать сумку и сжечь за собой все мосты. Еще Татьяна Евгеньевна проводила грамотную политику, говоря, что если ты уйдешь, то обратно в сборную уже не возьмут. Пришлось перетерпеть эти моменты.   

– В схожем с вашим синхронным плаванием виде спорта – фигурном катании, вся страна то и дело обсуждает проблемы пертубертата наших звёздочек. Что касается синхронного плавания, то эта проблема либо замалчивается, либо её каким-то образом удаётся избежать...

– Мне кажется, что тут дело в том, что синхронное плавание вид спорта для чуть более старших спортсменок. Если в фигурном катании уже в 15 лет можно заявлять о себе, как о члене национальной сборной, то у нас в это время девочки соревнуются по юниоркам, там и решая или не решая свои проблемы с переходным периодом. Потом и фигурное катание, и схожая в этом плане художественная гимнастика - это виды спорта индивидуальные. У нас для того, чтобы со временем перейти в соло или в дуэт, нужно изначально пройти через сито группы. А в группе на какие-то проблемы с переходным периодом обращают меньше внимания. Там это некий постоянный процесс, в том числе потому, что в группу приходят до четырех новых спортсменок из юниорской команды, как это произошло, например, перед чемпионатом мира в Будапеште. А часть группы состоит уже из взрослых спортсменок. И это, каким-то образом, сглаживает углы, снижает возникающую напряженность. И у молодых просто не остаётся другого выхода, если уж ты в сборной, то будь добра перетерпеть все свои проблемы.

«МИКСТ ПОДНЯЛ ИНТЕРЕС К НАШЕМУ ВИДУ СПОРТА»

– Наибольших успехов вы добились с Натальей Ищенко. Как возник ваш дуэт? 

– Нас поставили вместе еще с 2005 года, просто регламенты международных соревнований не дозволяют заявлять на старт более одного дуэта, иначе Россия вообще не оставила бы остальным возможности завоевать хоть какие-то медали. И мы с Ищенко соревновались только на внутренней арене, дожидаясь, когда закончат со спортом Давыдова и Ермакова. Помимо того, Ищенко выступала и в соло. Но это немного разные специализации, как, если бы, в том же самом фигурном катании, спортсменка выступала как одиночница и парница. Я встала в соло только тогда, когда Ищенко ушла в декрет, причем, это было настолько психологически сложно для меня, что поначалу почти никого не допускала до моих тренировок. К счастью, мой международный дебют пришелся на казанскую Универсиаду, где выступала перед своими болельщиками, в том числе, и родными. На эти соревнования я впервые допустила родителей, и, выступив перед ними, получив одобрение, уже смело могла соревноваться на уровне мировых чемпионатов. Кстати, за годы моих тренировок, родители вникли в нюансы синхронного плавания настолько, что могут анализировать мои программы, давая и критические оценки, и советы. К примеру, работая в юниорской команде, я интересовалась их мнением о музыкальном сопровождении наших программ.

– На казанском чемпионате мира вы побеждали в соло и в дуэте. Однако, создалось ощущение, что ваши выступления затмил дебют микста в синхронном плавании. Причем, понятно было, что это незаслуженно. В миксте оказалось мало соревнующихся, уровень программ у многих был «сырой», общий уровень конкуренции слабый. Тем менее, если кто-то будет вспоминать казанский ЧМ-2015, то первым делом вспомнит дебют мужчин в синхронном плавании. Не обидно?

– Надо понимать, что всё новое вызывает интерес. К счастью, в стране нашелся мальчик – Саша Мальцев, который занимался нашим видом спорта, и позволил России оставаться конкурентоспособной. Я с вами абсолютно соглашусь по оценкам программ микста в целом, но, если данная дисциплина вызывает такой ажиотаж у публики, то это хорошо для нашего вида спорта. Тогда же по спортивному каналу отодвинули прямую трансляцию футбола, чтобы до конца показывать борьбу за медали в миксте. Когда такое было? О нас узнали даже те, кто ранее не слышал о синхронном плавании. На чемпионате мира в Будапеште именно на трансляции микста выкупили наибольшее количество рекламного телевизионного времени. Значит, оно того стоит.

Источник